(Нубийская сказка. Судан)
Четыре царя правили в четырех царствах: один — в Нубии, второй — в Хабеше, третий — в Кордофане, четвертый — в Форе. Самый богатый из них был Нап из Нафты в Кордофане. У него было столько золота и меди, что он посылал медь и золото в Нубию, а оттуда их отправляли великим царям запада Отовсюду приплывали к нему послы. Он правил многими народами, которые ковали для него оружие и доставляли рабов. Тысячи слуг жили при дворе Напа.
Царь Нафты был самым богатым царем на земле. Но участь его была самой печальной, а жизнь самой короткой. Цари из Нафты правили своей страной не долго. Жрецы еженощно наблюдали за звездами, приносили жертвы и возжигали огонь. Ни один вечер не могли они пропустить, дабы не потерять путь царской звезды. Ибо тогда им не удалось бы узнать день окончания жизни царя.
День за днем, год за годом следили жрецы за звездами, и звезды указывали им срок.
И вот наступил день смерти Напа из Нафты. Жертвенным быкам перебили задние ноги. Все огни в стране погасли, всех женщин заперли по домам. Жрецы разожгли новый огонь. Они провозгласили нового царя. Им стал сын сестры умерщвленного правителя. Звали его Акаф.
Во время правления Акафа были изменены древние установления. Народ говорил, что это и стало причиной гибели Нафты.
Первое, что делал каждый новый царь,— назначал тех, кто должен был отправиться с ним в последний путь. Царь избирал их из числа приближенных. А из. числа избранных назначал того, кто возглавит остальных.
Вскоре после избрания Акафа один царь, правивший далеко на востоке, прислал ему в подарок раба, искусного рассказчика. Звали этого человека Фар-ли-Мас.
Увидел его царь Акаф, и Фар-ли-Мас ему понравился. И сказал царь Акаф:
— Пусть он будет моим первым спутником. Он развлечет меня рассказами, когда я буду дожидаться смерти. А после кончины моей он станет увеселять мою душу.
Фар-ли-Мас узнал решение царя, но не испугался. Он подумал: «Так угодно богу».
В Нафте был древний обычай поддерживать постоянный огонь. Для этого жрецы назначали юношу и девушку, которые давали обет целомудрия. Когда зажигали новый огонь в честь нового царя, их убивали.
Зажгли новый огонь и для царя Акафа. И жрецы назначили хранительницей огня его младшую сестру. Звали ее Сали. Когда Сали услыхала, что выбор пал на нее, она испугалась. Сали боялась смерти.
Первые годы царь жил счастливо и радостно, наслаждаясь богатством и славой. Вечера он проводил с друзьями и чужеземцами, прибывшими в Нафту. Но однажды бог послал ему мысль, что каждый весело прожитый день приближает неотвратимую смерть. Царь испугался. Царь пытался не думать об этом. Но в сердце его поселилась печаль. Тогда послал ему бог другую мысль: позвать Фар-ли-Маса чтобы тот рассказал какую-нибудь историю.
Призвали Фар-ли-Маса. Фар-ли-Мас пришел. И царь сказал ему:
— Фар-ли-Мас, наступил день, когда ты должен меня развлечь. Расскажи мне какую-нибудь историю!
Фар-ли-Мас ответил:
— Я уловил твое желание быстрее, чем ты приказал.
И он начал рассказывать. Царь Акаф и гости слушали. И царь и гости забыли о напитках. Они затаили дыхание. Рассказ Фар-ли-Маса одурманивал, как гашиш. Когда он закончил, слушатели погрузились в сладостное беспамятство. Царь Акаф перестал думать о смерти. И никто не заметил, что Фар-ли-Мас рассказывал с вечера до утра. Когда гости расходились, уже взошло солнце.
На другой день царь Акаф и приглашенные едва дождались вечера, чтобы вновь услышать Фар-ли-Маса. Фар-ли-Мас приходил теперь каждый вечер.
Об искусном рассказчике Фар-ли-Масе узнали все при дворе, в столице, во всей стране. Фар-ли-Мас с каждой ночью рассказывал все лучше, все интереснее. Царь награждал его ежедневно красивой одеждой, гости и послы одаряли его золотом и драгоценными камнями. Фар-ли-Мас разбогател. Когда он шел по улице, за ним двигалась свита рабов. Народ полюбил его.
Весть о чудесных рассказах Фар-ли-Маса дошла и до Сали. Она обратилась к своему брату-царю и попросила его:
— Дозволь мне послушать рассказы Фар-ли-Маса. Царь ответил:
— Твое желание будет удовлетворено!
И Сали пришла. И Фар-ли-Мас узрел Сали. Фар-ли-Мас потерял рассудок. Фар-ли-Мас не видел никого, кроме Сали. Сали не видела никого, кроме Фар-ли-Маса.
Царь Акаф спросил:
— Почему ты не рассказываешь? Разве ты больше ничего не знаешь?
И Фар-ли-Мас заговорил. Его рассказ опьянял, как гашиш. Вскоре все гости погрузились в сон, заснул и царь Акаф, но и во сне слышался им рассказ Фар-ли-Маса. Лишь Сали бодрствовала. Она не спускала глаз с Фар-ли-Маса.
Закончив рассказ, Фар-ли-Мас встал. Встала и Сали. Фар-ли-Мас пошел к ней, и Сали двинулась ему. навстречу. Фар-ли-Мас обнял Сали. Сали обняла Фар-ли-Маса и сказала:
— Мы не умрем! Фар-ли-Мас засмеялся в ответ:
— Да исполнится твоя воля! Укажи мне путь!
— Сейчас отпусти меня, я должна подумать. Когда отыщу путь, я пошлю за тобой.
Сали и Фар-ли-Мас расстались, а царь и его гости все еще продолжали спать.
На другой день Сали пошла к верховному жрецу и спросила:
— Кто определяет время, когда гасить старый огонь и зажигать новый?
— Это указывает бог, — ответил жрец. Сали вновь спросила:
— А как сообщает бог свою волю? Жрец сказал:
— Каждый вечер мы наблюдаем за звездами. Мы не спускаем с них глаз. Мы видим луну и поэтому знаем, когда звезда приближается к ней или удаляется. Так мы узнаём волю бога и определяем срок.
— Вы должны это делать каждую ночь? — продолжала Сали.— А что, если ночью вы ничего не увидите?
Жрец ответил:
— Если ночью ничего не видно, мы приносим жертву. Если же мы ничего не увидим много ночей подряд, то ничего не сможем определить.
— Значит, вы не будете знать, когда гасить старый огонь?
— Да, мы не сможем выполнить нагл священный долг.
— Велики деяния бога, — сказала ему Сали. — Но письмена его на небе отнюдь не величайшее из них. Самое великое из его деяний — жизнь на земле. Я узнала это минувшей ночью.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил жрец.
— Бог одарил Фар-ли-Маса талантом, подобного которому еще не было. Это больше, чем письмена на небе.
— Такого быть не может,— возразил жрец.
— Ты много знаешь о солнце и луне, — продолжала Сали,— но слыхал ли ты рассказы Фар-ли-Маса?
— Нет, я не слыхал их, — ответил жрец.
— Как же можешь ты судить? Когда ты его услышишь, ты забудешь о звездах!
— Это ты так говоришь, сестра царя, — усмехнулся верховный жрец.
— Докажи мне, что я не права и что письмена на небе важнее, чем жизнь на земле! — настаивала Сали.
— Я докажу это, — сказал жрец.
Верховный жрец послал к царю Акафу и велел спросить: «Можно ли сегодня жрецам прийти в замок и послушать рассказы Фар-ли-Маса?» Царь Акаф ответил: «Пусть приходят». Сали отправила вестника к Фар-ли-Масу и приказала передать: «Сегодня ты должен рассказывать, как вчера. Это — путь!»
Вечером собрал царь Акаф гостей и послов. Пришла Сали и села рядом с братом. Пришли и жрецы. Они обнажили верхнюю часть туловища и пали ниц. Верховный жрец сказал:
— Рассказы этого Фар-ли-Маса должны быть величайшим творением бога!
— Судите об этом сами, — ответил царь Акаф.
— Прости, о царь, — продолжал верховный жрец,— если мы при восходе луны покинем твой дом и отправимся наблюдать за звездами.
— Поступайте по божьей воле, — ответил царь. Жрецы уселись. Уселись все гости и послы. Зал был
полон. Фар-ли-Мас с трудом прошел на свое место.
— Начни, мой товарищ по смертному часу! — сказал царь Акаф.
Фар-ли-Мас посмотрел на Сали. Сали — на Фар-ли-Маса. Спросил царь Акаф:
— Почему ты молчишь? Ты что, больше ничего не знаешь?
Фар-ли-Мас отвёл взгляд от Сали и начал рассказывать. Он начал рассказывать, когда зашло солнце. Его рассказ был подобен одурманивающему гашишу. Его рассказ был подобен гашишу, доводящему до потери сознания. Его рассказ был подобен гашишу, погружающему в небытие. К восходу луны царь Акаф и его гости дремали, и все жрецы спали глубоким сном. Лишь Сали бодрствовала, и под ее взором из уст Фар-ли-Маса лились самые сладостные слова.
Фар-ли-Мас закончил. Он встал и пошел к Сали. Сали шагнула навстречу Фар-ли-Масу. Она сказала:
— Разреши мне поцеловать эти уста, из которых льются столь сладкие речи!
— А ты разреши мне обнять ту, чей взгляд придает мне силу!
И они обнялись. Забыв все на свете, они лежали среди спящих и были так счастливы, что сердца их едва не разрывались. Сали спросила, ликуя:
— Ты видишь путь?
И Фар-ли-Мас ответил:
— Я вижу его.
Они ушли, а в зале остались одни спящие. На другой день Сали пришла к верховному жрецу и спросила его:
— Можешь ли ты теперь осуждать мои слова? Жрец сказал:
— Сегодня я не могу тебе ответить. Мы послушаем Фар-ли-Маса еще раз. Вчера мы не были должным образом подготовлены.
— Хорошо, — согласилась Сали.
Жрецы принялись молиться и приносить жертвы. Целый день не прекращались моления в храме. А вечером вновь собрались все жрецы во дворце царя Акафа.
Сали, как и вчера, села рядом с царем Акафом. Все слушали новый рассказ Фар-ли Маса. И прежде чем забрезжило утро, царь Акаф, его гости, послы и жрецы — заснули. Вновь среди них легли Сали и Фар-ли-Мас, упиваясь ласками. Они вкушали счастье из уст друг друга.
Так продолжалось день за днем.
В народе пошли слухи, что жрецы, внимая Фар-ли-Масу, пренебрегают своими обязанностями: перестали молиться и приносить жертвы. Беспокойство овладело страной.
Однажды один из уважаемых жителей города встретил верховного жреца.
— Когда будет следующий праздник обновления? — спросил почтенный человек.
Жрец смутился Уже много Дней прошло с тех пор, как он перестал наблюдать за луной и звездами. Жрец ничего не знал, а потому ответил:
— Подожди один день. Завтра я скажу тебе.
— Хорошо, завтра я приду за ответом, — сказал почтенный человек.
Верховный жрец созвал своих жрецов и спросил:
— Кто из вас в последнее время следил за движением звезд?
И ни один из них не ответил: все они слушали раб-сказы Фар-ли-Маса.
И снова спросил верховный жрец:
— Неужели среди вас нет ни одного, кто наблюдал за движением звезд и положением луны?
Все жрецы молчали. Тогда встал один старый жрец и сказал:
— Все мы были опьянены рассказами Фар-ли-Маса. Никто не сможет сказать тебе, на какой день приходятся праздники, когда следует гасить огонь и когда зажигать новый.
— Как это могло случиться? — в ужасе воскликнул верховный жрец.— Что я скажу народу?
— На все божья воля. Если же этот Фар-ли-Мас не послан богом, его следует убить. Ибо пока он будет жить и рассказывать, все станут внимать ему, забыв обо всем на свете, — сказал старый жрец.
Остальные промолчали, и все разошлись. Верховный жрец пошел к Сали и спросил ее:
— Что сказала ты в первый день?
— Я сказала: «Велики деяния бога. Но самое великое — не письмена его на небе, а жизнь на земле». Ты осудил меня. Скажи теперь: разве я солгала?
Жрец ответил:
— Фар-ли-Мас против бога. Он должен умереть.
— Фар-ли-Мас должен сопровождать царя Акафа в его последний путь, — возразила Сали. Жрец сказал:
— Я сам поговорю с царем Акафом.
— В моем брате, царе Акафе — бог. Спроси его, что он думает, — предложила Сали.
Верховный жрец пришел к царю Акафу; там уже сидела сестра его Сали. Жрец обнажил перед царем верхнюю часть тела и пал ниц:
— Прости меня, царь Акаф! Я в тревоге.
— Поведай мне, что встревожило твое сердце? — молвил царь.
— Расскажи о твоем спутнике, который должен сопровождать тебя в последний путь, об этом Фар-ли-Масе! — попросил жрец.
— Хорошо, слушай: сначала бог послал мне мысль о приближении дня моей смерти, и я испугался. Затем бог напомнил мне об этом Фар-ли-Масе, которого я получил в дар из далекой заморской страны. Первая мысль, ниспосланная богом, омрачила мою душу. Вторая — ободрила и сделала меня и всех остальных счастливыми! Поэтому я щедро одарил Фар-ли-Маса одеждой. Мои друзья дали ему золото и драгоценные камни. Он богат, как того достоин, но он много раздает людям, и за это народ его любит так же, как я.
Верховный жрец сказал:
— Фар-ли-Мас должен умереть, он нарушает обычаи!
— Фар-ли-Мас умрет после меня! — возразил царь Акаф.
— Это решит бог, — ответил жрец.
— Пусть будет так. Но пусть это видит весь народ, — согласился царь Акаф.
— Царь Акаф, брат мой,— вдруг обратилась Сали к царю, — путь близится к концу. Фар-ли-Мас должен был сопровождать тебя к смерти, но я прошу: отдай его мне, ибо в нем мое счастье.
— Возьми его, сестра моя, если дозволит бог, — сказал царь Акаф.
Глашатаи разошлись по городу и повсюду объявили, что вечером на большой площади Фар-ли-Мас будет говорить перед всем народом. Между царским дворцом и домами жрецов на большой площади для царя поставили трои, скрытый занавесом от народа. Вечером со всех сторон устремились на площадь люди и уселись вкруг. Собрались тысячи и тысячи. Пришли и встали у трона жрецы. Прибыли гости и послы. Сали села рядом со скрытым от взоров царем Акафом. Призвали Фар-ли-Маса.
Фар-ли-Мас пришел. С ним пришли его слуги н ослепительных одеждах. Слуги Фар-ли-Маса уселись напротив жрецов. Фар-ли-Мас пал ниц перед царем.
Верховный жрец возгласил:
— Фар-ли-Мас нарушил обычаи Нафты. Нынешней ночью он должен доказать, было ли это волей бога.
И тогда поднялся, Фар-ли-Мас. Он взглянул в глаза Сали, оглядел толпу жрецов и сказал:
— Я слуга бога и верю, что все злое в сердце человека противно ему. Нынешней ночью бог решит.
Фар-ли-Мас начал рассказывать. Вначале слова, выходившие из его уст, были сладки, как мед. Его голос проникал в души людей, словно первый летний дождь в жаждущую землю. Казалось, из уст Фар-ли-Маса исходил аромат, подобный мускусу. Чело его окружало сияние. Он был как единственная лампада во мраке ночи.
Рассказ Фар-ли-Маса сперва был подобен гашишу, дарующему счастье бодрствующим. Затем он стал подобен гашишу, погружающему в сон. К утру голос Фар-ли-Маса стал громче. Его речи затопляли сердца людей, подобно Нилу в половодье. Одних его слова успокаивали, точно они вступали в рай, других устрашали, как явление ангела смерти Азраила. Одним они дарили счастье, другим внушали ужас. Чем ближе было утро, тем громче становился голос Фар-ли-Маса. Сердца людей ярились как в час битвы. И вот они устремились друг на друга, подобно грозовым тучам. Столкнулись громы гнева и молнии ярости!
С восходом солнца завершился рассказ Фар-ли-Маса. Неизъяснимое удивление овладело смущенными людьми, когда они очнулись. Они взглянули и увидели: все жрецы лежат на земле мертвыми.
Сали встала. Она пала ниц перед царем и сказала;
— Царь Акаф, брат мой, бог решил! Путь завершен. О царь Акаф, брат мой, отбрось покрывало, покажись народу и принеси жертву.
Слуги сняли покрывало с трона. Царь Акаф встал. Это был первый царь, которого видел народ Нафты. И царь Акаф был прекрасен, как восходящее солнце.
Народ ликовал. Привели белого коня, и на него сел царь. По левую руку царя шла Сали, а по правую — Фар-ли-Мас.
Царь направился в храм, взял мотыгу и в священной земле пробил три отверстия. Фар-ли-Мас опустил туда три зерна. Царь пробил в священной земле еще два отверстия. Сали бросила туда два зерна. Все зерна тотчас проросли на глазах народа, а к полудню все пять колосьев созрели.
Во всех домах города главы семей отпустили на волю жертвенных быков. Царь погасил огонь в храме. Все главы семей города потушили огонь в очагах. Сали зажгла новый огонь, и все девушки пришли, чтобы взять его.
С тех пор в Нафте больше не убивали царей. Царь Акаф был первым царем Нафты, который жил до тех пор, пока бог не взял его к себе глубоким старцем.
О царе Акафе распространилась по всем странам молва, как о мудром и добром царе. Все князья слали ему дары и своих мудрецов, чтобы получить у него совет. Богатые купцы с радостью селились в Нафте. На востоке, на море, у царя Акафа было множество судов, которые доставляли в Нафту товары со всего света. Когда царь Акаф умер, ему наследовал Фар-ли-Мас. При нем Нафта достигла вершины своего благополучия. Слава ее наполняла все страны от Восточного моря до моря Западного.
Однако вместе с доброй молвой в сердца людей заползает зависть. Когда Фар-ли-Мас умер, соседние страны разорвали союз и пошли на Нафту войной. Нафта потерпела поражение. Она была разрушена, и вместе с городом был разрушен самый укрепленный замок страны. Великое царство распалось. От Нафты остались только рассказы Фар-ли-Маса, которые он принес с востока из далекой заморской страны.
Такова история гибели страны Куш, последние дети которой живут в стране Фор.
Пер. И. Кацнельсона
(с)Сказки народов Судана. М., Художественная литература, 1968
