В один прекрасный день сын-боровок явился перед своей матерью, вежливо и почтительно склонился перед ней и сказал ей:
— Почтеннейшая матушка, я уже вырос, и надлежит мне, как и :всем прочим людям в моем возрасте, жениться. А потому припадаю к вашим стопам с просьбою подыскать мне жену по вашему усмотрению.
Мать и растерянности щобежала к мужу и рассказала ему о просьбе сына, и оба они снова вышли к сыну, и отец сказал ему:
— Сын мой! Только что обратился ты к почтенной родительнице своей и моей супруге с просьбой найти тебе жену. Ты у нас — единственное дитя, а тебе ли не знать, что вся жизнь и надежды наши сосредоточены в одном тебе и что нет в мире никого дороже для нас, нежели ты. И богаты мы, и уважаемы в людях, и все наше богатство и уважение от людей мы надеемся передать тебе. Но подумай сам, чего ты просишь от нас сейчас! Как осмелимся мы при таком твоем облике, каким наказало тебя небо, войти в какую-нибудь: почтенную семью и посватать за тебя достойную девицу? Ведь нас с позором погонят прочь и поднимут на смех в целой округе. Мы с матушкой, конечно, понимаем твои желания, и если бы ты мог удовлетвориться супругой свиной породы, то мы были бы только счастливы помочь тебе в этом, ибо решительно -ничего не стоило бы подыскать тебе в жены самую лучшую свинью, какая только нашлась бы в целом свете.
Почтительно выслушав отца, сын-боров, однако, возразил:
— Это никак невозможно, отец, жена-свинья не нужна мне, ибо не имею я к свиньям склонности, и если вёбо не откажет мне в милостях своих, то женой моей будет женщина. Но я понимаю теперь, какое огорчение причинил я вам этой своей просьбой, очень раскаиваюсь в своей опрометчивости и почтительно прошу вас забыть об этом деле. Уведомляю вас, однако же, что от намерения своего я не отказываюсь и буду искать жену сам.
И вот по прошествии некоторого времени вознес он молитвы духам и обратился к ним с покорнейшей просьбой о ло-кровитеяъстве:
— О духи! Если есть под небом женщина, молодая или старая, прекрасная или безобразная, добрая или злая, но предназначенная судьбою стать супругой моей, умоляю я вас: станьте моими руководителями, осените меня покровительством вашим и поведите сердце мое туда, где эта желщина пребывает.
И, поручив себя таким образом попечению неземных сил, он тайно, не сказавшись родителям, вышел из дому и отправился в путь куда глаза глядят.
Родители хватились сына в тот же вечер, долго ждали его возвращения, и места себе не находили от тревоги и беспокойства, и в конце концов те выдержали и стали искать его, иу не найдя, предались унынию и скорби. Но история наша не говорит о них, а возвращается к их сыну-борову.
А он, покинув дом, углубился в лес и странствовал по лесу много дней, не опасаясь ни диких зверей, ни злого человека, не замечая ни жары, ни холода, питаясь плодами лесными и утоляя жажду из ручьев и источников. И случилось так, что духи привели его однажды утром к лесной поляне, где он увидел пожилую женщину, которая медленно брела, согнувшись, что-то выглядывая в траве под ногами. И боров подошел к ней и спросил:
— Позвольте узнать, почтеннейшая, что вы тут ищете столь внимательно?
Женщина, конечно, очень удивилась тому, что боров заговорил с ней на человеческом языке, и поначалу даже испугалась немного, но ответила:
— Я собираю бататы, но вот пока еще не нашла ни одного, видно, бататы в этом году не уродились.
— Но почему же, почтеннейшая,— спросил боров,— вы вышли в лес одна? Почему не пошел вместе с вами ваш почтенный муж или ваши достойные сыновья?
И женщина ответила:
- Я всегда выхожу за бататами одна, ибо муж мой давно умер и оставил меня вдовой с двумя дочерьми, а сыновей у меня нет. Хижина моя здесь неподалеку, места наши глухие, так что дочери мои, хотя уже;и взрослые, случая выйти замуж так и не нашли, и потому даже зятьев у меня нет, чтобы помогать мне в лесу.
Услыхав, что у этой женщины есть две незамужние дочери, бо.ров сразу проникся надеждой и рассказал ей все о себе, о своих намерениях и своих долгих блужданиях по лесу, а затем попросил у нее позволения быть отныне при ней. Ж подумала женщина: «Как ни странна эта история, но этот необыкновенный боров, по всей видимости, говорит правду. Он умеет разговаривать на человеческом языке, он все понимает, он следует правилам вежливости и ведет себя с достоинством, да вдобавок еще родители его — богатые сетхэи. Бедным же дочерям моим все равно не суждено найти себе мужей в наших глухих местах, и если какая-нибудь из них приглянется этому странному борову и со своей Стороны не будет испытывать к нему отвращения, то я, пожалуй, ничего не буду иметь против хотя бы и такого зятя».
И подумав так, все рассудив и взвесив, она ответила борову:
— Позволю я остаться при мне или нет — там видно будет, а пока помоги мне набрать бататов.
Боров с радостью согласился и пошел по лесу, безошибочно определяя по запаху, где под землей скрываются бататы, и сразу же вырывая их своим сильным рылом, и дело у него шло так споро и быстро, что женщина еле успевала складывать вырытые бататы в свою корзину. Между тем боров попутно с той же ловкостью и сноровкой нашел для женщины еще и множество ямса и маниоки , и солнце еще не успело подняться в полдень, как обе корзины женщины были уже полны. Тогда боров попросил женщину взвалить эти корзины ему на хребет и почтительно предложил ей возвращаться. И женщина направилась домой к своей хижине, а боров трусил за ней следом с тяжелыми корзинами на спине.
Когда они приблизились к хижине, их вышли встретить обе дочери этой женщины и очень удивились, увидев при матери борова с корзинами, и еще больше удивились, когда боров вежливо их поприветствовал на человеческом языке. Женщина же велела им взять корзины и отнести в хижину, а дочери, исполнив это, тихонько у нее спросили:
— Откуда взялся этот удивительный боров и почему он говорит по-человечески?
Тогда мать подробно рассказала им все, о чем ей поведал боров, после чего его позвали в хижину, и он там поселился.
Был он хорошим помощником в семье, при нем не переводились у них ни бататы, ни другие лесные плоды, а поскольку воспитание он получил хорошее и образован был превыше всех похвал, всегда был добродушен, весел и услужлив, то девушки очень скоро прониклись к нему дружескими чувствами, и не было у них времяпрепровождения радостней и приятней, чем в те часы, когда он развлекал их занятными и поучительными историями, прочитанными им когда-то в мудрых книгах древних писателей.
Так они жили, не ссорясь и не препираясь, дружно и весело, а между тем мать внимательно следила за их отношениями друг к другу и потихоньку радовалась, что дело, ею задуманное, развивается как будто успешно. И вот, улучив минуту, она призвала к себе дочерей и прямо спросила их, не согласится ли кто-нибудь из них сочетаться с боровом брачными узами. Старшая дочь подумала немного и сказала с сожалением, что это ей никак не подходит, младшая же потупилась и ответила:
— Вы же знаете, матушка, что я полностью в вашей воле. Известно вам также, что я готова на все, лишь бы сделать вам приятное. А поскольку чувствую я ваше намерение принять борова в семью нашу, то я с радостью и удовольствием выражаю желание свое выйти за него замуж.
Выслушав ответ младшей дочери, мать похвалила ее за почтительность и тут же сообщила обо всем борову. От этой вести тот пришел в восхищение: сокровенное желание его исполнилось, девица, предназначенная ему в жены, обнаружилась, и он тут же вознес к духам горячую благодарственную молитву.
Медлить со свадьбой не стали, и женщина устроила для своей младшей дочери и жениха-борова приличную свадьбу со всеми обрядами и церемониями, какие приняты были в те времена в тех краях, после чего молодые поселились в новой, специально для них отстроенной хижине в ближайшей деревне.
Зажили они спокойно и счастливо и с каждым днем любили друг друга все крепче и крепче. И так прошло полмесяца, и вдруг деревню облетела весть, что в их края приехали танцоры и музыканты и дают представления в местечке неподалеку. Такие развлечения в тех краях были очень большой редкостью, и не мудрено, что все жители деревни, мужчины и женщины, молодые и старые, в первый же вечер отправились на представление. Молодой жене борова тоже, конечно, захотелось пойти вместе со всеми, но она понимала, что борову идти туда неприлично, и она обратилась к нему с просьбой, чтобы он разрешил ей сходить одной. И боров сказал ей:
— Разумеется, ступай и обо мне не заботься, я посижу дома.
Обрадованная разрешением, молодая жена выбежала из хижины и вместе со всеми отправилась на представление. Боров же, подождав некоторое время, сказал себе: «Теперь она ушла достаточно далеко. Пора».
И вот тут-то и пришло время нашей истории вспомнить о никому не известном волшебном свойстве, которым обладал боров, сын богатого сетхэя. Дело в том, что он мог при желании покидать свою свиную шкуру и принимать человеческий образ и снова обращаться в борова. Но не наступило еще время, когда бы смог он распроститься со своей свиной шкурой навсегда, и он не знал, когда это время наступит.
Вот и на этот раз, выждав время, чтобы дать жене удалиться от дома на достаточное расстояние, он обернулся человеком и окольными путями, но очень быстро, чтобы обогнать жену, побежал к месту, где давалось представление. Там он сразу же обратился к музыкантам и танцорам и сказал им:
— Разрешите мне выступать вместе с вами, музыкальное и танцевальное искусство мне хорошо известно, и я обещаю вам, что нареканий от зрителей не будет.
Музыканты поверили ему и приняли его к себе, и, действительно, поскольку в родном доме он получил отменное образование и умел играть и танцевать как заправский музыкант и танцор, выступление его всем очень понравилось.
Когда же концерт стал подходить к концу, он незаметно покинул сцену и поспешил домой, чтобы быть там к возвращению жены. Там он снова обратился в борова и, когда жена вернулась, спросил ее:
— Понравился ли,тебе концерт? Хорошо ли там танцевали и играли?
И жена ответила:
— О да, все было очень хорошо и красиво. Но особенно выделялся там один молодой музыкант. Он был так прекрасен собой, так искусно играл и танцевал так изящно, что невозможно было отвести от него глаз, и все, кто там был, не могли налюбоваться на этого музыканта.
И боров сказал, усмехнувшись:
— А, знаю, это тот, который был одет в голубое и красное.
— Верно,— воскликнула пораженная жена,— но ты-то откуда знаешь? Ты же не был на представлении.
Ничего не ответил боров и только усмехнулся снова. И жена не стала приставать к нему, как это сделали бы на ее месте многие другие женщины, и они занялись обычными вечерними делами и больше не вспоминали об этом предмете. Очень они друг друга любили и никогда не докучали друг другу.
А на следующий вечер вся деревня снова отправилась на представление, и снова жена борова попросила у мужа разрешения пойти со всеми, и снова, как и в прошлый раз, разрешение ей было дано. И снова муж принял человеческий облик и участвовал в представлении, затем вернулся прежде жены и снова обернулся боровом.
И снова он спросил жену:
— Как тебе понравилось представление сегодня?
— О, сегодня представляли еще лучше, чем вчера,— ответила жена восторженно.
— А тот, кто сегодня играл лучше всех,— усмехаясь, сказал боров,— был наряжен в голубое и белое, не так ди?
— Все так,—- сказала пораженная жена,—Только странно мне, откуда это тебе известно.
На третий вечер жена снова отпросилась на представление, однако, выйдя из дому, не пошла вместе со всеми, а, крадучись, обежала дом и притаилась за задней стеной у щели, сквозь которую ей было видно все, что происходит дома. По примеру двух прошедших вечеров она поняла, что ее муж-боров что-то от нее скрывает, и твердо решила во что бы то ни стало узнать, какая у него тайна. И, подглядывая в щель, она своими глазами с превеликим изумлением увидела, как ее муж вышел из свиной шкуры, отбросил ее ногой и стал облачаться в одежды, приличествующие бродячим артистам, и узнала в нем того самого прекрасного юношу, который столь пленил всех зрителей, выступая во вчерашнем и позавчерашнем представлении. Она крепко любила мужа даже и в обличье борова, и можно себе представить, какие чувства охватили ее, когда она увидела его в новом обличье. Была она женщина решительная и долго не раздумывала. Прежде чем муж успел выйти за порог, она вбежала в дом, схватила свиную шкуру и тут же объявила мужу, что никогда больше не позволит ему спрятаться снова в нее. И сын богатого сетхэя понял, что время навсегда расстаться с обликом борова для него наступило. Со слезами радости он обнял жену и попросил ее только запрятать свиную шкуру куда-нибудь подальше и в надежное место. Так она и сделала, и е того вечера они зажили так счастливо, как только можно пожелать.
То ли жена не удержалась и рассказала обо всем этом своим подружкам, то ли проговорился сам муж, беседуя за чаркой вина в кругу друзей, но только история эта распространилась по всей стране, и толковали о ней и в хижинах бедняков и в дворцах богачей. И когда в скором времени ушел из нашего^ мира король, правивший в той стране, придворные чиновники сразу согласились между собой пригласить на трон этого необыкновенного человека, ибо справедливо узрели в судьбе его знак благоволения со стороны неба и небесных сил. Вот как получилось, что сын сетхэя, который всю жизнь до того провел в облике грубого животного, взошел на престол и стал править, этой страной.
Правил он мудро и справедливо, никому не причиняя обид, вознаграждая добродетели и строго карая пороки, а по Протест- • вии половины месяца он призвал к себе своих министров и повелел, им отыскать родителей его и представить их перед его лицом. Сделать это было нетрудно, и вот наступил день, когда сетхэя и его супругу ввели в дворцовую залу и поставили перед королевским троном. После обычных приветствий и расспросов о дороге король спросил:
— А теперь скажите мне, почтенные, наградило ли вас небо детьми? И с тяжелым вздохом сетхэй ответил:
— Был у нас один сын, повелитель, но за грехи наши наказан был он обликом борова. Правда, он умел говорить и получил от нас приличествующее нашему состоянию образование и воспитание, однако страшный облик его помешал ему найти супругу, и, удрученный этим, он ушел из дому и так и не вернулся, и мы не знаем даже, жив он сейчас или нет.
И тогда король сошел с трона, и обнял родителей своих, и открылся им, и рассказал им о себе. Надо ли говорить, как счастливы были отец и мать, когда поняли, что этот царственный красавец, осыпанный всеми милостями неба, и есть их несчастный сын, которого в последний раз перед этим они видели несколько лет назад в жалком и неприглядном облике борова.
Король поселил их во дворце рядом с собой, а также призвал ко двору мать своей возлюбленной жены, и все они зажили счастливо и беспорочно.
И была у этого короля всего одна слабость, впрочем весьма понятная, очень он почитал свиней и никому не позволял в своем королевстве обижать их. И столь далеко зашел он, потакая себе в этой слабости, что указал мудрецам назвать последний, двенадцатый, год цикла, принятого для летосчислении, годом свиньи. Так этот год называется и в наше время.
Перевод с кхмерского Н. Д. Фошко
(с) Кхмерские мифы и легенды. М., Наука, Главная редакция восточной литературы, 1981
